Международные суды Украины против России: обзор ситуации и что мы с этого будем иметь?

Четверг, 09 марта 2017 00:00 - Точка зрения
Международные суды Украины против России: обзор ситуации и что мы с этого будем иметь?
Украина судится с Россией в нескольких международных судах, но сейчас все внимание приковано к Международному суду ООН, где проходит слушание по событиям на Донбассе.

Читайте также: Европарламент рассмотрит безвиз для Украины

Помимо этого, украинская сторона противостоит РФ в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ), Международном уголовном суде и в международных арбитражах, но уже не на уровне государств, а на уровне экономических субъектов; местных судах — в разных статусах. Например, в Голландии — как относительно сбитого Boeing 777, так и скифского золота.

Разберём по порядку, что за суды, что мы в них подали и на что можем рассчитывать.

Сразу следует уточнить, что Россия еще с 1990-х годов избрала простую тактику: при присоединении к любому соглашению, предусматривающему решение вопросов в международном суде, Россия настаивает на оговорке, что для распространения юрисдикции международных судов на территорию РФ требуется отдельное согласие российского руководства по каждому делу.

Поэтому судиться с Россией в Международном суде ООН сложно. Но не невозможно.

Дело в том, что любой иск против РФ в суде ООН был бы априори бесперспективным без предварительного признания cо стороны ООН факта агрессии РФ. То есть не так - сначала в суде надо было бы признать РФ агрессором, а уже потом в этой парадигме подробно доказывать все преступления против мира и безопасности человечества, которые совершала РФ на территории Украины. Это бы вдвое усложняло задачу для украинских юристов.

Украинские юристы проанализировали весь массив международных договоров как самой России, так и СССР, в которых она выступает правопреемницей, и нашли некоторые, в которых России так и не удалось обеспечить себе иммунитет. В частности, те, которые применимы к нашему конфликту.

Читайте также: США примет решение по Украине

Речь идёт о Конвенции по запрету финансирования терроризма, Конвенции о запрете дискриминации, а также, отдельно, Конвенции по морскому праву (в последнем случае дело касается использования украинского морского шельфа).

Перед глазами у нашего Минюста стоял негативный опыт Грузии. Последняя, сразу после войны с РФ пошла в суд, не потратив достаточно времени на досудебную работу, в результате чего ей вернули весь пакет документов из-за несоблюдения процедуры.

Наши готовились тщательнее, потратив два года на попытки создать досудебный арбитраж и попутный сбор документов. Сработало — по крайней мере, наши иски приняли к рассмотрению. Процессуальный график, по словам министра, должен занять около пяти-шести лет, считая с этого года. Из плюсов: у нас уже есть хорошая доказательная база, собранная, в частности, для других судов — того же ЕСПЧ, о котором речь пойдёт дальше. В ней — и факты связи между РФ и террористическими войсками, и факты дискриминации. Как вынуждена выкручиваться Россия, вы, наверное, уже видели по первым трансляциям из зала суда — объявляя танки полезными ископаемыми шахтного способа разработки. Не очень, в общем, убедительно.

Международный суд ООН может потребовать от России денежной компенсации. Разумеется, есть ещё необходимость прекратить незаконные действия и по возможности ликвидировать нанесённый ими ущерб, но на практике – это не слишком реальные перспективы.

Европейский суд по правам человека

Украина подала туда пять больших исков. Чтобы вы понимали, за всю историю ЕСПЧ он рассмотрел лишь 17 дел, где истцом и ответчиком выступали целые государства. С нашими –  будет 22 дела.

Читайте также: украина просит ввести меры против РФ на время расследования

 Иски начали составлять ещё с марта 2014 года.

Первый – общекрымский. Туда входит весь комплекс нарушений прав человека в оккупированном Крыму: убийства и похищения украинцев, в том числе крымских татар, нарушения имущественных прав, и даже такая экзотика, как незаконное присвоение гражданства. Помните слова Сенцова: «Я не крепостной, чтобы меня с землёй передавать»? Второй – совокупный касательно преступлений «гибридных войск» и администраций на Донбассе за 2014 год. Третий –  более узкоспецифический, он касается вывоза детей-сирот из Луганщины на территорию РФ в 2014 году. Четвёртый иск касается событий 2014–2015 годов, пятый — 2015–2016 годов. Такое хронологическое разделение было сделано по просьбе самого аппарата ЕСПЧ из-за масштабов дела. Сейчас готовят шестой иск, а также межгосударственное заявление с осуждением запрета Меджлиса — тут пауза, по словам министра, взята по настоянию самих представителей крымских татар.

Это только межгосударственные.

Читайте также: еще один американский чиновник пострадал из-за контактов с РФ

Индивидуальных исков по Крыму и Донбассу против России — более трёх тысяч.

По первому, крымскому, иску суд даже принял предварительное решение с призывом к РФ вернуть свои войска на места дислокации. Естественно, та проигнорировала призыв, но зато потом это игнорирование легко в основу многих решений относительно конфликта в Совете Европы, ПАСЕ и ООН.

Что может сделать ЕСПЧ? Обязать Россию выплатить компенсации за установленные факты нарушения прав человека. Теоретически она должна будет это сделать, согласно её обязательствам как члена Совета Европы (даже выход из него не освобождает от ответственности, если дело уже было возбуждено). Правда, предыдущее сопоставимое дело, касавшееся оккупации Турцией Северного Кипра, длилось несколько десятилетий. Закончилось оно требованием ЕСПЧ в 2014 году выплатить грекам-киприотам более 90 млн евро (напомним, турецкие оккупанты отторгли у киприотов примерно треть страны). Характерно, что Турция до сих пор отказывается выплачивать. Украина же лишь по предварительным оценкам только потерь в Крыму требует от РФ более 100 млрд долл. При этом министр прогнозирует, что судебные разбирательства в ЕСПЧ будут длиться 5–7 лет. Но сам оговаривается: это беспрецедентное по масштабам дело, больше турецко-кипрского, так что любой прогноз будет неточным.

Так что этот суд скорее для того, чтобы установить массовые нарушения прав человека в Крыму и на Донбассе, а не сам факт агрессии (это не прерогатива ЕСПЧ).

Международный уголовный суд

У нас в этот суд подано два иска. Первый — относительно событий на Майдане, и РФ он пока не касается (хотя может, если в процессе будет доказана причастность российских спецслужб к силовым действиям, применённым против активистов). Пока он против Януковича и его окружению. Второй — касательно оккупации Россией части территории Украины, а именно — Крыма. Донбасс, опять-таки, может быть, по словам министра, добавлен по ходу дела. Если удастся доказать, что события в Крыму и на Донбассе — части одного права.

МУС наказывает тюремным заключением и, теоретически, способен выдать ордер на арест преступника. То есть возможна интересная ситуация, в которой при выезде того или иного российского (или бывшего украинского) чиновника в страну, признающую юрисдикцию суда, тамошние правоохранители будут обязаны его арестовать.

Международные арбитражи и местные суды

В них зачастую участвует не государство Украина, а отдельные субъекты. Например, «Нафтогаз» судится в Стокгольме сразу по нескольким направлениям: защищается от иска «Газпрома», требующего компенсации за отход от формулы «бери или плати»; контратакует противника, требуя гарантий по транзиту и возможности виртуального реверса; отдельно спорит уже с российским государством, требуя возмещения за кражу его имущества в Крыму.

Кстати, небольшая, но приятная переможенька на этом фронте — победа Украины в окружном суде Амстердама в деле по скифскому золоту Крыма. Дело, впрочем, сейчас на апелляции, но если апелляционный суд не найдёт ошибок в действиях окружного суда — золото вернётся в Украину.

На что мы можем надеяться

У Украины, безусловно, есть все шансы установить в международных судах истину и осудить Российскую Федерацию и за оккупацию Крыма, и за разрушение Донбасса, и за Boeing 777, и даже за вывезенных из Луганска сирот. Собственно, не так и сложно добиться формального признания, что чёрное — это чёрное, а не гибридное белое. Вина России — исторический и медийный факт, и официальные решения международных судов его лишь закрепят.

Получится ли стрясти с России реальные компенсации? Маловероятно. В конечном итоге одна из задач России — именно расшатать действующую систему международного права. Подчиниться ей, признать свою вину, выплатить компенсации? Для нынешних кремлинов это исключено, и у нас нет оснований полагать, что следующие кремлины будут человекоподобнее. Возможно ли взыскание российской собственности за рубежом вне зависимости от её мнения по этому поводу? Теоретически это возможно — см. пример конфискаций по делу ЮКОСа. Практически, если и станет реальностью, то вряд ли это окупит потери Украины. Простите, но какую собственность РФ за границей можно конфисковать, чтобы её стоимость покрыла цену Крыма? Калининградскую область?

Другое дело — что решения судов влияют на европейскую и американскую политику, равно как и на мнение электората зарубежных стран. Чем больше таких решений, тем проще добиваться продления санкций, тем проще объяснять, зачем помогать Украине, тем проще изменять восприятие двух воюющих стран в нашу пользу. А это тоже критически важно, даже в самой далёкой перспективе.

Ну и, наконец, кто знает, как вывернет кривая? Милошевич и Пиночет тоже когда-то думали, что суд им не грозит, а поди ж ты…